cheshit (cheshit) wrote,
cheshit
cheshit

Categories:

Александр Севастьянов: СУДЬБА РУССКОГО НАРОДА РЕШАЕТСЯ В ДОНЕЦКЕ И ЛУГАНСКЕ. часть 2

Оригинал взят у a_sevastianov в СУДЬБА РУССКОГО НАРОДА РЕШАЕТСЯ В ДОНЕЦКЕ И ЛУГАНСКЕ. часть 2
К черту старые грабли!
Надо честно признать: за истекшие с 1991 года десятилетия наши политики и дипломаты прошляпили, прозевали Украину.
Все могло бы быть не так трагично, не так кроваво, не так необратимо и фатально, без таких тяжелых последствий для экономики и имиджа России. Но у руля как в самой России, так и в российском посольстве и консульствах на Украине и в Крыму сидели и сидят люди, ни уха, ни рыла не понимающие в этнополитике. Они не расчухали тех глубинных процессов, которые происходили в этой стране. Да это им было и неважно. Не государственные интересы России, не национальные интересы русского народа отстаивали они, мелкие решалы большого бизнеса, а чьи-то личные и корпоративные интересы, не более того. Вот и прозевали все угрозы, вот и провалили всю российскую политику в этой важнейшей для нас стране, более важной, чем любая другая страна Европы.
Вся кровь, уже льющаяся и еще имеющая пролиться на Украине и вокруг нее – на совести тупых и бездарных чинуш с их убогим политэкономическим мышлением, усвоенным в советских вузах. Глупость и необразованность тех, кто строил российско-украинские отношения с нашей стороны, настолько велика и разительна, что превышает всякое вероятие. Уж эти-то люди, ясно, никакого понятия не имели о том, что такое этногенез, чем отличается этнонация от нации политической, и что такое национальное государство. Они не знают и не желают знать, что этнополитические проблемы в принципе не решаются политэкономическими методами.
Эти убогие невежды всегда думали, уповая на силу бабла и газа, что с украинцами «можно договориться», не понимая того, что договариваться можно было когда-то с малороссами, но договориться с бандеровцами шансов нет. Поэтому Кремль успешно «договаривался» с Кучмой и Литвиным, с Тимошенко, Симоненко или Януковичем, но результат-то каждый раз вновь фатально оказывался не в нашу  пользу. Отдельные скептики (к числу которых относились мы с Константином Затулиным, опубликовавшие статью «Обман века» к ратификации договора о дружбе и сотрудничестве) не были услышаны наверху. Тем временем украинский этногенез шел полным ходом и Украина не только крепла за наш счет, но и стремительно бандеризировалась. Закономерный итог этого процесса – победа Майдана и падение Киева, диктатура украинских националистов – оказался для опростоволосившегося Кремля полной неожиданностью.
Эти убогие невежды также верили, что по-прежнему имеют дело с самым «братским» народом и самой «дружеской» страной, которые лишь чуть-чуть заблудились на своем историческом пути, но это легко-де поправить. «Майдан» стал для них шоком, поставил в тупик и лишил перспектив. Однако и сегодня они видят в нем все что угодно – происки Запада, игру алчных олигархов, наивность оболваненных масс – но только не то, что есть на самом деле: украинскую национальную революцию.
Главная из ошибок, сделанная черномырдиными и зурабовыми, состоит в благополучном развале и изничтожении русского движения, которое еще в 1990-е годы имело немалый потенциал. Но Москве и Газпрому было важнее благорасположение официального Киева и сотрудничество с СБУ и Нафтогазом, чем права и интересы русских за рубежом. Москва нигде не сумела сделать русское движение влиятельной и мощной силой, плацдармом для продвижения наших интересов. И вот сегодня, когда оно стало необходимым, как воздух, его хватились – ан, нет такого под рукой!
А между тем, грамотно опираясь на русское движение, Украину давным-давно можно было превратить в федерацию (если не конфедерацию). И тогда сегодня проблему ее раздела можно было бы решить легким движением руки, бескровно, как отделение Крыма. А теперь – поздно; оптимальный исход уже лежит только через кровь, причем большую.
Ныне, похоже, Кремль намерен повторить свои ошибки. Возвращен в Киев послом Зурабов, один раз уже все, мягко говоря, просвиставший. МИД в лице Лаврова что-то блеет про единую Украину, как бы не понимая, что она для нас смерти подобна. Федерализация Украины заявляется как наше максимальное политическое требование. Кремль публично рассуждает в духе вредной пошлости: худой мир-де лучше доброй ссоры. Он-де готов продолжать вести добрососедскую политику с Украиной, подкармливать ее газом и кредитами. Явно не желая видеть, что альтернативой войне в данном случае является вовсе не мир, а бесславная капитуляция со всеми предназначенными для побежденных последствиями.
Но Кремль обречен повторять свои ошибки и терпеть стратегические поражения одно за другим до тех пор, пока не скажет сам себе и всему миру, громко и ясно: «Это наша война!»

Украина потеряла. Обретет ли Россия?
Надо отдать должное: оказавшись в полном дерьме в результате майданной революции, Россия на удивление молниеносно и правильно среагировала на это свое глобальное стратегическое поражение. Воспользовавшись хаосом в управлении соседним государством, она оттяпала у него Крым, восстановив историческую справедливость и исполнив полувековую мечту всего русского народа. Оттяпала гениально, хирургически чисто: без единого выстрела, без человеческих жертв. За что – низкий поклон и уважение Кремлю и лично президенту Путину. Это высший политический класс.
Однако дальнейшее поведение Кремля вызывает пока что лишь недоумение, но не уважение. Попытки ангажированных политологов объяснить его и оправдать дипломатическими и экономическими аргументами не убеждают.
Что происходит сегодня на Украине? Какой момент переживаем?
На Украине решается судьба русского народа на всю обозримую перспективу. И вот почему.
Во-первых, уже стало совершенно очевидно, что имперский путь для России закрылся. Не воссоединившись со всей Украиной, она не вернет себе имперское значение. Но только полный идиот сегодня может надеяться на такое воссоединение. Логика украинского этногенеза не допускает и тени подобной судьбы.
Во-вторых, альтернативой имперскому пути может быть лишь одно из двух.
Либо ею станет путь Русского национального государства, сопровождающийся перезапуском русского (не «российского»!) этногенеза и становлением русской нации. В этом случае единство русского народа будет расти и крепнуть, а его отдельные (в том числе отделенные границами) части будут сливаться в единое целое в соответствии с вечным принципом: одна нация – одно государство. Это в случае верного выбора и нашей победы, нашей удачи.
Либо дробление русского народа будет нарастать и закрепляться в анклавах, населенных различными русскими субэтносами, которые со временем запустят каждый свой собственный этногенез. Что рано или поздно приведет к дроблению и российской государственности. Это в случае ошибочного выбора и как следствие – неудачи, поражения.
Первым верным шагом в решении данной дилеммы был для нас Крым. Этот шаг прошел безукоризненно правильно и породил надежду именно на создание Русского национального государства в классическом варианте, на русскую ирриденту, на победу.
Однако Крым есть лишь постановка, но еще не решение проблемы. Это выигранная битва, но еще не выигранная война. Сказавши «а», надо сказать и «б». Крымом нельзя ограничиваться. Если всю остальную Украину отдать сегодня на откуп бандеровцам, чтобы умиротворить их и вставший за ними Запад, значит завтра нам будет нанесено очередное стратегическое поражение, а там и Крым придется вновь сдавать.
К сожалению, все оказалось не так просто, как это казалось еще недавно, в середине 1990-х, когда мы, русские националисты, готовили карту «Русская Россия. Карта компактного расселения русского этноса», в которой видели идеал границ Русского государства. В то время мы были убеждены, что неудержимым стремлением к воссоединению с Россией будет охвачена вся Новороссия и Левобережье. Но все эти двадцать с лишним лет исподволь шло перераспределение сил противоборствующих сторон: бандеровской и пророссийской. Первая усиливалась, вторая ослабевала, лишенная поддержки России. И сегодня мы увидели, что у Харькова, Запорожья, Одессы, Днепропетровска не хватает собственных сил на национальное восстание, такое, каким охвачены Донецк и Луганск.
Таким образом, эти два региона приобрели для нас особо важное значение – значение пробного камня и одновременно – последнего рубежа. Выстоят они, победят, сумеют отстоять свою независимость, отделятся от Украины – значит, есть шанс продолжить этот процесс и одержать историческую, судьбоносную победу над Украиной. А нет – значит молодая бандеровская Украина, победив на своей территории, перейдет в наступление, а нас ждет историческое поражение, развал и угасание.
Донецк и Луганск – это наш Сталинград сегодня.
Пока что есть надежда и даже уверенность, что обратно в состав Украины эти две области уже никогда и ни за что не пойдут. Ни добром (народ ясно высказал свою волю на референдумах), ни силой (так называемая антитеррористическая операция явно пробуксовывает) их уже туда не затащить. Даже если Россия, изнасилованная мировым сообществом, их об этом настоятельно попросит.
Но их настоящее и будущее внушают, однако, большую тревогу. Потому что в них и наше будущее, всей огромной России, всего русского народа.
Станут ли эти республики локомотивом широкого и спасительного для русских движения? Или похоронят под своими рухнувшими надеждами и все наши мечты?

Донбасс – русская земля
Почему именно Донецк и Луганск оказались самыми сильными и последовательными в своем стремлении к России?
Во-первых и прежде всего потому, что это статистически наиболее русские области на всем юго-востоке. Этнический фактор, как известно, – важнейший резерв сознательной силы, стойкости и мужества. По последней советской переписи 1989 года в Донецкой области русские составляли 43,6% населения, в Луганской – 44,8%. Далее шли Харьковская (33,2%), Запорожская (32,0%), Одесская (27,4%), Днепропетровская (24,2%) области, а замыкали список области: Херсонская (20,2%), Николаевская (19,4%), Сумская (13,3%) и Кировоградская (11,7%). Эта «русская дуга» имела естественное завершение в Приднестровье (30,1% в 1993 г.).
Цифры эти были условны, поскольку все годы советской власти шла непрерывная украинизация («коренизация» населения, в результате которой в украинцы оказались записаны многие русские. Сегодня все цифры еще изменились в сторону уменьшения опять-таки по той же причине. Поэтому для нас они – лишь показатель относительной русскости того или иного региона, не более. Но по ним отчетливо видны лидеры: Донецк и Луганск.
В этом нет ничего удивительного, ведь весь Донбасс когда-то входил в состав российской Области Войска Донского (ОВД) и лишь в мае 1918 года оказался отрезан немецким штыком и передан Украине гетмана Скоропадского, верного немецкого приспешника. При этом все казачье население ОВД оказалось разделено примерно пополам, а три казачьих округа отошли в состав вновь созданных Донецкой и Луганской губерний.
Большевики, похерив «похабный» Брестский мир, не стали, однако, восстанавливать ОВД в прежнем виде, поскольку смотрели на казачество как на своего исторического врага и приветствовали его расчленение и ослабление. Вот так и образовалась несправедливая, насильственно установленная русско-украинская граница, оставшаяся по сей день. Однако как этнически, так и исторически обе области – Донецкая и Луганская – принадлежат России. О том, что они помнят об этом, красноречиво говорят развернувшиеся на их землях события. И в первую очередь – настойчивые требования обеих непризнанные республик принять их в состав России и оказать всемерную помощь и поддержку в их героическом сопротивлении бандеровскому Киеву.
Во-вторых, Луганская и Донецкая области имеют общую границу с Россией. Это тоже очень важный фактор, однако уступающий этническому. Ведь такая же общая граница есть и у Харькова, и у Запорожья, но там сопротивление заметно слабее. А вот отсутствие общей границы, к примеру, с Одессой, сказывается заметным образом.
В-третьих, потому, что это самые богатые регионы Украины. И им попросту надоело кормить центральную и западную Украину, да еще и терпеть от них поношения и форсированную украинизацию, ломку через колено. Донбасс верит, что сам себя прокормит, если что.

Скажет ли Кремль: «Это наша война!»?
В двух мятежных областях, на референдуме определивших свой путь к независимости, сегодня завязался тугой узелок. Кто и как его развяжет?
Обе новые республики, Донецкая и Луганская, уже не раз обращались с просьбой о развязке к России. Кроме того, это делали лично: лидер ополчения Славянска В. Пономарёв, командир Попаснянского батальона Николай Пачковский, главнокомандующий Игорь Стрелков, глава Донецкой республики Павел Губарев, премьер ДНР Александр Бородай и т.д.
А что на это отвечает Кремль?
Похоже, он отмахивается от русско-украинской проблемы, как от ненужной головной боли. Крым забрали – ну и ладушки. А все остальное – гори оно синим огнем. Мол, разбирайтесь сами. Величайшая ошибка!
6 июня, вернувшись из неприятной поездки в Нормандию, Путин не раз щегольнул формулировкой, которую следует, на мой взгляд, считать выражением его истинной установки. Он упорно говорил о необходимости мирного диалога между Киевом и «сторонниками федерализации Украины».
Кого он подразумевал под ними? Донецкую и Луганскую республики, их руководство? Что это? Привычное дипломатическое лукавство? Вульгарный обман публики? Или самообман президента России?
Разве о федерализации Украины ставят вопрос повстанцы? Да они ее и в кошмарном сне не видят! Нету там, в мятежных народных республиках, никаких «сторонников федерализации». Там есть лишь люди, мечтавшие повторить «крымскую двухходовку»: сначала провозгласить независимость, а потом войти в состав России в качестве новых субъектов. Первый шаг удался, второй сорвался. Сорвался по вине России, уклонившейся от него. Но обратно в Украину, хоть федеративную, хоть конфедеративную, ни ДНР, ни ЛНР не собираются. Даже в угоду России, которая, похоже, хотела бы навязать всем именно вариант с федерацией, безнадежно устаревший. Ибо кровавый Рубикон перейден уже раз и навсегда.
Что же теперь делать России? Как заметил в подобной ситуации Черчилль, тот, кто расчитывает купить мир ценой позора, получит-таки позор, но… ценой войны.
Надо ясно понимать: война уже идет, и Россия, хочет она того или нет, в ней уже участвует. И бандеровцы – надо отдать должное ясности и недвусмысленности их позиции – это открыто признают, ибо давно уже считают себя в состоянии войны с Россией, давно и страстно мечтают поквитаться с нами за то добро, что мы им сделали. А также за реальное или вымышленное зло. Тем более, они уже никогда не забудут и не простят нам Крым (да и многое другое), нечего и надеяться. Отказываясь сегодня поддержать Донецк и Луганск, мы лишаем себя победной перспективы, это чисто капитулянтская позиция.

Донецк и Луганск – наш Сталинград сегодня
Как развяжется узел Донбасса?
Я вижу такую логику русской политики и такие сценарии ее воплощения.
1. Сейчас или никогда. Если сегодня, пользуясь крайней слабостью и внутренним расколом Украины, мы не сможем разделить ее надвое и воссоединиться с русским Левобережьем, Новороссией и Приднестровьем, то в дальнейшем нам и тем более это не удастся уже никогда. Нам дан последний шанс.
Русское восстание не удалось пока в Днепропетровске, Харькове и Одессе (при почти полной тишине в Запорожье, Николаеве, Херсоне, Сумах и Кировограде), поэтому стало ясно: вся наша надежда на решение проблемы зависит только от судьбы Донецка и Луганска. Или они выстоят и помогут затем Харькову и другим, или их задушат, задавят и тогда о каких-то русских на Украине, о какой-то Новороссии придется забыть навсегда.
Однако весы колеблются. Как ни странно: Киев собрал бронированный кулак, но ни сжать его, ни ударить им, как следует, не может. Я уверен, что украинской армии не удастся разбить и уничтожить повстанцев. Ее слабость, низкий моральный дух, неготовность воевать (в отличие от бандеровской национальной гвардии) видны даже со стороны. Армия сражаться всерьез попросту не хочет, потому что ей сражаться не за что. Бандера свят не для всех. А у нацгвардии самой по себе не хватает сил.
Гражданская, да еще партизанская война вообще всегда бесперспективна для ведущего ее государства. Хотя бы потому, что власть всегда нутром понимает: в гражданской войне, как писал еще Лукан, всякая победа есть поражение. Как Киеву управлять почти девятью миллионами жителей в целом, которые единодушно заявили о своем нежелании существовать в составе Украины, а с начала войны искренне и по заслугам возненавидели Киев?
Пройдет немного времени, и то же мировое сообщество, которое сегодня подначивает Киев к силовому решению вопроса, начнет, поняв бесперспективность этого варианта, требовать мира. Хорошо бы Россия ввела жесточайшие санкции против Киева, но это, похоже, Кремлю не по карману. Однако принуждение Киева к миру так или иначе должно состояться.
Но ни силой, ни миром восставшие области уже не удержать в составе Украины и не вернуть обратно. ДНР и ЛНР получат-таки свою не признанную никем независимость, по примеру Абхазии и Южной Осетии.
А вот что будет дальше?
2. Логика революционных войн. Если прорусские, пророссийские силы возьмут верх в Донецке и Луганске, отразят претензии Киева на территории данных областей, и хотя бы де-факто утвердят свой суверенный статус, тут начнется самое интересное.
Разумеется, соответствующий отрезок нынешней украино-российской границы перестанет контролироваться Украиной. Это приведет к немедленному фактическому включению обеих областей в экономику России (или даже юридическому – в Таможенный союз). Произойдет перезапуск экономики, в том числе национализация всего, что нахапали украинские олигархи типа Ахметова, с последующей приватизацией, но… уже с участием российского капитала. Пополнятся техникой и людьми до любого нужного объема армии республик. Возникнет единое с Россией культурно-языковое пространство.
В этих условиях Россия будет вынуждена дать республикам определенные гарантии, взять их, пусть неофициально, под крылья своего орла.
Пример ДНР и ЛНР, как и Крыма, послужит для вдохновления тех регионов, что пока остаются в юрисдикции Киева. В первую очередь для Харькова и Запорожья, территориально к ним прилегающих. Украина не сможет в короткие сроки обустроить новую госграницу, на сей раз уже со своими «бывшими». Это значит, что экспорт русской революции будет неизбежен. Кроме Харькова и Запорожья в этот процесс будет втянута и Одесса, при скоординированном воздействии на эту область: а) из российского Крыма, б) из пророссийского Приднестровья.
Если, в свою очередь, и в этих областях будут созданы, посредством референдумов, свои народные неподконтрольные Киеву республики, то таким прокиевским анклавам, как Николаев и Херсон просто деваться будет некуда. А тогда и Днепропетровск не устоит. В конце концов, что, на Коломойского снайпер не найдется, как нашелся он на Кернеса?
Во всех юго-восточных регионах накопился огромный заряд антикиевского и антибандеровского, антимайданного бунтарства. Такая поддержка позволит русской революции триумфально прокатиться по всему юго-востоку Украины, превратив его (в идеале) в юго-запад России. Был бы только субъект воли!
Под каким предлогом объединенная армия республик начнет освободительную войну против бандеровского Киева – неважно. Это может быть, например, требование репараций за нанесенный в ходе «АТО» ущерб, или что-то другое. Но я не исключаю такого варианта, при котором все десять или, на худой конец, девять юго-восточных областей обретут свой суверенитет.
Революционные войны – войны народные, вот почему они обычно успешны.
3. России не пристала поза страуса. Не слишком успешная попытка слить ДНР и ЛНР в единое союзное государство «Новороссия» уже показала, как я и предсказывал, что ни одна из девяти юго-западных областей не захочет лечь под другую, каждая будет дорожить своим суверенитетом. Одно дело – стать, как Крым, российским регионом на почетных и выгодных условиях. Другое дело подчиниться такому же, как ты сам, самопровозглашенному суверену. Поэтому судьба будущих девяти народных республик представляется смутно.
В том случае, если Россия по-прежнему будет изображать из себя валдайскую целку в политике и дистанцироваться от новых микрогосударств, возможно объединение их в конфедерацию «Новороссия». Где столица будет меняться, допустим, каждые три года по жеребьевке. Или в несколько конфедераций и/или федераций (например, «Новороссия» и «Левобережье». Некоторые политологи, к примеру, Наталья Нарочницкая, уже пророчат распад Украины даже и на четыре самостоятельные части.
Нужно ли это России?
Никак нет.
Потому что если сегодня Россия отвернется от этих регионов, предоставит их своей судьбе, то завтра, с большими жертвами обретя суверенитет, но обидевшись, регионы так же отвернутся от России. Если Кремль махнет рукой на русских юго-востока, завтра эти русские, объединившись в какие-никакие пусть даже квазигосударства, в обиде так же махнут рукой на Кремль. И возненавидят предавшую их Россию не меньше, чем топящую их в крови Украину.
И что получится? Получится новое и не такое уж маленькое государство «Новороссия», в котором окажется новый народ «новороссы». Со своими элитами, которые не захотят делиться властью и ресурсами ни с Киевом, ни с Москвой. Начнется процесс нового этногенеза – этногенеза уже не русских и не украинцев, а новороссов, которые станут строить с нуля собственную свеженькую идентичность – на противопоставлении себя и украинцам, и… русским. И тогда история с бандеризацией Украины повторится вновь, но уже в Новороссии с ее новыми национальными героями, борцами за полный новроссийский суверенитет и независимость как от Украины, так и от России.
И тогда на нашей, российской, западной границе возникнет уже не одно, а два или более враждебных нам государства… Они будут враждовать еще и между собой, но нам от того легче не станет. И в Россию их уж потом и на веревке не затянешь.
Вот почему России нужно выйти из непристойной позы страуса и занять активную позицию в отношении процессов, происходящих на Украине. Не вяло следовать за событиями, а формировать их, лепить судьбу свою и своих завтрашних подданных, поддерживая и укрепляя на данном этапе их стремление к отделению от Украины. И всячески помогая им в этом дипломатическими, экономическими и военными средствами.
Неважно, что скажет по этому поводу наш друг Запад. Людям в угоду, да не самим же в воду, как любил говорить Солженицын.
Неважно, во что нам это обойдется (в т.ч. ненаглядному Газпрому).
Ибо спрашивается: какую цену надо платить за воссоединение с Крымом и Юго-Востоком Украины?
Правильный ответ: любую.

Желающего судьба ведет, а нежелающего – тащит
Дойдут ли мои аргументы до Кремля – не знаю…
Что должны сделать осажденные и непризнанные русские республики ДНР и ЛНР, чтобы подвигнуть Россию к своей активной поддержке даже вопреки ее воле? Как связать судьбу России со своею?
Они должны сделать необратимым свое отделение от Украины.
Есть только один способ для этого: кровавый Рубикон, «его же не прейдеши».
Как реализовать это необходимое условие? Я сам – не военный, хоть и из воинского рода. Поэтому свое личное мнение я придержу при себе. Но я консультировался со специалистами. И хочу поделиться с читателем тем, что я услышал от них.
Сейчас в Россию потянулись беженцы. Понятно, что едут женщины, дети, старики; и пусть себе едут. А вот мужчин, способных носить оружие, отпускать бы не надо. Если хочешь обеспечить себе будущее на родной земле – не беги с нее, а вставай в строй и защищай! Нужна всеобщая мобилизация, а на ее основе создание регулярных республиканских армий.
Параллельно нужно создавать, просто говоря, свои ЧК.
С этой целью нужна широкомасштабная перевербовка военных, милицейских, спецслужбистов, которые все должны переприсягать новым республикам.
Необходимо постоянно обращаться к русским в России, организовать встречный поток добровольцев из нее. Непонятно, почему русские организации, кроме, кажется, НДП, до сих пор в это не включились. Где ЭПО «Русские», Демушкин, Белов? Чем занимаются? Где доблестные РНЕшники, столько изучавшие ножевой бой и рукопашку? Почему отсиживаются по домам? Всем им нашлось бы достойное применение в новых республиках! И в разведке, и в контрразведке, и в службе безопасности… А какие личные перспективы откроет победа!
Надо менять тактику и стратегию военных действий. Переходить от обороны к нападению, как в Луганске. Развивать партизанскую войну, особенно в тылу противника, войну фугасов против танков и БТРов. Вести минную войну, рельсовую войну. Проводить рейды по тылам, уничтожить минометным огнем плацдарм Карачун. Разведывать места скопления или прохождения нацгвардии и целенаправленно уничтожать карателей. Всем известно: бандеровцы отличные полицаи, но плохие вояки!
Надо прицельно уничтожать высокопоставленных активистов-бандеровцев, направляющих карателей. Начиная с самого верха. От идеологов и политиков до офицеров. Как в минувшую войну уничтожали гауляйтеров и высшие чины гестапо и СС. Эта чисто партизанская задача облегчается в условиях огражданской войны, когда отличить своего от чужого бывает крайне непросто.
Надо вести листовочную пропаганду в рядах противника, используя девушек и женщин. Армия и так морально не готова к войне, тем более с согражданами, она понимает, что эта война бесперспективна и позорна, несправедлива. Надо непрерывно бить в эти болевые точки военщины. Ведь и у солдата есть совесть!
В данном ключе нужно менять отношение к пленным. Солдат-срочников, призывников, резервистов разоружать и отпускать, пусть возвращаются к семьям. Офицеров, не сложивших добровольно оружие, нацгвардейцев, людей из Правого сектора ставить к стенке именем ДНР и ЛНР без всяких разговоров. Знать и помнить притом: это не политическая акция, не зачистка и не террор. Это просто война не на жизнь, а на смерть, уничтожение непримиримого врага, труп которого всегда пахнет хорошо. Без иллюзий и компромиссов.
Наконец, нужно в массовом количестве готовить снайперов, подрывников и диверсантов. Если военные действия рано или поздно переместятся в города, эти бойцы станут на вес золота.
Вот такими идеями поделились со мною люди, воевавшие и побеждавшие в самых неправильных войнах последнего времени. Как говорится, за что купил, за то продал.
Украина, Россия и весь мир должны осознать факт: только тотальный геноцид населения непризнанных республик и совершенно неприемлемый экономический ущерб являются ценой подавления сопротивления и возвращения восставших регионов в лоно Украины. Понятно, что настоящих бандеровцев это не остановило бы, но в современном мире так дела уже не делаются. Киев и Москва должны дрогнуть и первый – отступить, а вторая – принять восставший за свои права народ под российскую эгиду.
При этом Россия должна ясно понимать: защищая ДНР и ЛНР, она защищает себя.

Александр Севастьянов,
академик Петровской академии наук и искусств,
эксперт телепрограммы «Русский вопрос»
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments