cheshit

Categories:

Чапек: Святая ночь

Одна из самых любимых мной книг.. 

― Удивляюсь тебе,  ― кричала Дина.  ― Если бы это были порядочные люди, они пошли бы к старосте, а не бродили по свету, как нищие! Отче­го их не пригласило в свой дом семейство Симона? Почему заботиться о них должны ausgerechnet [именно - идиш] мы? Что мы, хуже семейства Симона? Симониха бы таких оборванцев на порог не пустила! Удивляюсь тебе, муж мой, зачем ты якшаешься бог весть с кем?

― Не кричи,  ― пробурчал старый Исахар,  ― соседи услышат!

― И пускай слышат!  ― возопила Дина, нарочно еще повышая голос. ― Слыханное ли дело? Что же получается, в своем доме я и словечка ска­зать не смею из-за каких-то бродяг! Ты их знаешь? Хоть кто-нибудь их знает? Он говорит: это моя жена. Тоже мне  ― жена! Я знаю нравы этих побирушек! И ты не стыдишься пустить их в дом!

Исахар хотел возразить, что пустил их только в хлев, но промол­чал  ― спокойствие дороже.

― А она еще, ― возмущенно продолжала Дина, ― на сносях, чтобы ты знал. Господи Исусе, только этого нам недоставало! Исус Мария, не хватает только, чтобы пошли сплетни! Спрашиваю тебя, где была твоя голова?  ― Дина перевела дух.  ― Ясное дело, молодухе ты не умеешь от­казать. Стоило ей состроить тебе глазки, как ты готов лезть из кожи вон. Ради меня ты бы так не старался, Исахар! Постелите себе, милые, там, в хлеву, сколько угодно соломы  ― как будто во всем Вифлееме у нас одних есть хлевушок! Почему у Симона им не дали охапку соломы? По­тому что Симониха не стала бы потакать мужу, понятно? Только я та­кая безропотная, что всегда смолчу...

Старый Исахар повернулся к стене.

«Может, замолчит хоть когда-нибудь,  ― подумал он,  ― в какой-то ме­ре она права, но поднимать из-за этого такой тарарам...»

― Принимать чужих людей в свой дом,  ― рассуждала Дина, давая волю справедливому гневу.  ― Кто знает, что это за люди? Теперь я от страха всю ночь не сомкну глаз. Но тебе все равно, не так ли? Для людей ты в лепешку разобьешься, для меня  пальцем не шевельнешь! Хоть бы один разок подумал о своей измученной и больной жене! А утром изволь еще за ними убирать! Если этот человек плотник, почему он не при деле? И почему именно я должна так страдать? Слышишь, Исахар?

Но Исахар отвернулся к стене и прикинулся спящим.

― Пресвятая дева Мария,  ― вздохнула Дина,  ― что за жизнь у меня! Всю ночь не спать от забот... А он себе дрыхнет, как сурок! Они могут унести все на свете, а он знай храпит... О Боже, одни неприятности!

И наступила тишина, только старый Исахар похрапывал во сне.

К полуночи он проснулся от приглушенных женских стонов. «Ах, черт побери,  ― испугался он,  ― это оттуда, из хлевушка! Только бы не разбудили Дину... Вот было бы пересудов!»

Он продолжал лежать неподвижно, притворяясь спящим.

Через минуту стон повторился.

― Смилуйся, Боже, сделай так, чтобы Дина не проснулась, ― в тревоге молил старый Исахар, но тут заметил, что Дина, лежа рядом, вороча­ется на постели, потом приподнимается и напряженно прислушива­ется. «Ох, и поднимет же она сейчас тарарам!» ―  сокрушенно подумал Исахар, но продолжал лежать совсем-совсем тихо.

Дина бесшумно встала и, накинув на плечи шерстяную шаль, вы­шла во двор. «Того и  гляди она их выгонит,  ― сокрушенно вздохнул Иса­хар.  ― Но я в это вмешиваться не стану, пускай делает что хочет...»

Наступила долгая томительная тишина. Потом вернулась Дина, пе­редвигаясь осторожно, на цыпочках, стараясь не разбудить мужа. Со сна Исахару показалось, будто кто-то с хрустом ломает хворост. Но он все же решил не двигаться. «Видать, Дина замерзла,  ― подумал он,  ― собирается развести огонь».

Дина снова тихонько выскользнула. Приоткрыв глаза, Исахар уви­дел над пылающим очагом котелок с водой.

«Зачем это ей?»  ― подумал он с удивлением и тут же снова уснул. Проснулся, когда Дина с дымящимся котелком какими-то необычны­ми, заботливыми и важными шажками кралась к дверям.

Удивился Исахар, встал и наскоро оделся.

«Надо посмотреть, что там такое»,  ― сказал он себе энергично, но в дверях столкнулся с Диной. «Что ты носишься, как угорелая»,  ― соби­рался он окликнуть жену, но не успел.

― С какой стати ты тут ротозейничаешь, ― набросилась на него Дина и опять побежала во двор с какими-то тряпками и кусками холстины в руках. На пороге обернулась.  ― Иди в постель,  ― строго прикрикнула она,  ― и... и не путайся у нас под ногами, слышишь?

Старый Исахар прошаркал, направляясь на двор. Перед хлевуш­ком беспомощно слонялся широкоплечий мужчина. Исахар направил­ся к нему.

― Эх-ма,  ― успокоительно проворчал он.  ― Выгнала тебя, да? Сам знаешь, Иосиф, ― эти женщины… ― и чтобы скрыть их мужское бессилие, поспешно показал на небо. ― Глянь-ка, звезда! Ты когда-нибудь видел такую звезду?

1930


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded