cheshit

Category:

Елена Чудинова: То, чего мы не знаем и не хотим знать о "Шарли" и карикатурах 1.


Вчера

Ложь началась сразу: они шли не с демонстрацией, а по оцепленной улице.

Общество, в особенности наше российское, разделилось на «я шарли» и «я не шарли». Головной мозг у тех и других зашарлирован совершенно одинаково.

Постараемся разобраться в реальной ситуации, вновь обострившейся нынешней осенью в связи с убийством Самюэля Пати. Реальность может шокировать и удивить, ибо уж очень она не совпадает с мифом. Но, кому интересно, начнем.

Вопрос первый: вы хоть раз слышали об этой газете до преступления?

Я знаю, что вы не слышали. И это является ответом на то, почему ни католики, ни политики, ни иудеи, ни уж не знаю, кто еще, не подавали на этих самых шарлистов в суд? Нет, может кто разок и дошел до суда, но ни вы ни я об этом не знаем.

Вы будете бегать по судам на того, кто написал плохие слова на заборе? Сыщиков наймете, чтобы его отследить?

Ложь, ложь и ложь... А честные люди, сбитые с толку и сопереживающие о чудовищной расправе - шли по другой улице. Как символично!

От надписи на заборе газета отличалась лишь двумя характеристиками: она не нарушала запрета на порчу общественного имущества раз, и меньше надписи на заборе бросалась в глаза – два.

Тираж был крохотным, аудитория… Об этом чуть подробнее.

Смотрим на список погибших рисовальщиков. Жан Кабю – 76 лет. Жорж Волынски – 80 лет. Филипп Оноре - 73 года. 57-летний Бернар Верлак на их фоне кажется юношей.

Журнал основан на исходе 60-х годов. И тон в нем задавали так и не выросшие из этих инфантильных времен престарелые мальчики – борцы с тем сем. Аудитория, соответственно, тоже была в основном – старикашечки, любящие за бокалом кальвадоса (если врач разрешил) повспоминать свои студенческие погромы.

Тираж был мизерным, но как-то оно скрипело. Отжившая своё тусовочка подагрических бунтарей.

Вы бы пошли с этим судиться? Я – нет. Хотя смею уверить, религиозные чувства у меня очень даже есть.

Да не поймет кто меня превратно. Я считаю, что за любого нашего европейского старого дурака должно быть суровейшее возмездие убийцам, ибо мы – цивилизация легитимизма.

Но всё пошло совсем по-другому.

В Елисейском дворце сидел тогда Пингвин, человек на грани солнечности. Преступление вышло слишком громким. Побоявшись назвать вещи своими именами, власти не могли не обозначить его хоть каким-то ярлыком. И ярлык наклеили – лживый: идет де «борьба за свободу слова». Ради этого, как я не раз говорила, остались за кадром официальной скорби охранники и покупатели в магазине.

Но какая борьба и с чем идет взаправду – страшно сказать с трибуны. Ибо ну противоречит же всем мыслимым саморазрушительным установкам толерантности.

Тираж никому неизвестной газеты взмыл ракетой. Из «Шарли» сделали громкий символ несуществующей борьбы.

Некоторые православные граждане в России принялись рвать на себе рубахи, глаголя, что «карикатуры не лучше терроризма» а Запад он весь такой бездуховный. Как я уже упомянула, организация «Божья воля» во главе с Цорионовым (нынешним сожителем кощунницы-«пусси» Алёхиной) устроила митинг поддержки убийц у французского посольства.

Нет, ты просто недоразвита.

Ибо «мы все должны быть вместе против бездуховности», ну да. Поддержали от большого ума и некоторые иереи.

Рамзан Кадыров провел в Грозном марш «против карикатур», собравший около миллиона человек. Мало кто, включая некоторых духовных лиц, задумался: а ведь «против карикатур» это был бы марш хотя бы до убийства. После убийства это всё-таки марш немножечко о другом.

Но марша против карикатур в Грозном до убийства состояться и не могло. Ибо никто в Грозном не знал, что там такое продают в Париже на углу? Даже на двух или трех углах.

Макрон не Пингвин, это очевидно. Он человек весьма неглупый. Но миф был создан до него, выйти из мифа – свои же не поймут. Называть вещи своими именами нельзя.

Автор плаката немножечко перепутал: НАШ Господь Иисус Христос за нас умирал, а не убивал. Не надо поддерживать терроризм от Его имени.

Поэтому и Макрон продолжил «борьбу за свободу слова», в сравнении с которой атака на ветряные мельницы это стрельба в яблочко.

А нечастный учитель, сообразно общественной обстановке, в миф веровал – и за него погиб.

Теперь еще один мой вопрос: как вы вообще видите ситуацию в ретроспективе?

Насчет «оскорбления чувств верующих», да.

Вероятно так. Шли по Парижу братья Куаши и их друг Кулибали. Увидели, что в газетном киоске продают что-то с картинками. Купили (!) это. Просмотрели. Оскорбились в религиозных чувствах. Поехали в ИГ. Там обучились всяким разным вещам, в том числе городскому бою, на базах для боевиков (ясное дело, как без такой науки справиться с престарелыми карикатуристами?) и даже там для практики немножечко повоевали.

Кстати, на какие деньги летали эти лица, если изучить их биографии? Ну, конечно на свои. Голодали и экономили.

Затем они закупились наисовременнейшим оружием (тоже на свои кровные) и вернулись в Париж. Чтобы наконец-то отомстить за свои оскорбленные чувства. Немного удивляет, по правде сказать, что Кулибали при этом пошел искать карикатур в магазине, ну мог же человек перепутать магазин с редакцией?

Вы это так видите, да?

Но в действительности, огорчу, ход событий был иным.

(продолжение следует)

Все фотографии взяты из открытого доступа.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded