October 10th, 2018

Егор Просвирнин: Будущее "Спутника и Погрома"

«Эта Россия есть и никуда она не денется, пока у русских останется историческая память и великая культура XIX века. Никаких русско-советских и евразийских гибридов не будет. Будет изнурительная многодесятилетняя борьба за вторичную европеизацию России. К этой борьбе надо готовиться, эту борьбу надо вести».

— Галковский, «Разбитый компас», 1997 год.

К

ак многие заметили, довольно длительное время на «Спутнике и Погроме» не выходят большие тексты, только «День в истории» продолжает публиковаться. Причин тому три: две технические и одна концептуальная. Начнем с причин технических, затем перейдем к концептуальной, а закончим самым интересным — будущим.

Первая техническая причина увядания «Спутника» следующая: в июле 2017 года власти самопровозглашенной Российской Федерации заблокировали «Спутник и Погром» без указания на конкретные тексты, в одном ряду с проукраинскими и радикально-исламскими ресурсами. По телевизору так и сказали: заблокированы «Новости джихада», «Вести перемоги», «Вечерний салафит», «Утренний майдановец», ну и этот, как его там, ну этот, «Спутник и Погром». С почти полутора миллионами посещений в месяц на момент блокировки. И шестью месяцами непрерывного роста посещаемости без каких-либо затрат на рекламу. Трафик упал в три с половиной раза, стандартный новостной текст, собиравший 10–15 тысяч просмотров, начал собирать 2–3 тысячи. Даже в таких условиях я умудрился выдать мегатекст — когда материал собирает 100-200-300 тысяч просмотров, а его копии висят на «ЯПлакал» и «Одноклассниках» — про Рыбку и Дерипаску, только вот прочитали его аж 30 тысяч человек. И то, судя по комментариям, в основном каких-то евреев и украинцев — потому что у них-то «Спутник» не заблокирован. Вирусный же эффект в русском интернете был отрезан начисто — человек кликает на ссылку, ему выдает «Вы не живете в свободной стране. Идите делать революцию, а пока что сайт заблокирован», человек хмыкает и идет дальше. Фирменный драйв «Спутника» — когда с помощью гаечного ключа и такой-то матери ты заставляешь даже ведущих «Первого канала» дословно цитировать твои материалы (Зейналова и текст про Олимпиаду) — исчез. Особый журналистский кайф от того, что ты воткнул иглу прямо в нервный узел советским тварям, попал в глазное яблочко, и они уже со страниц «Комсомольской правды» требуют тебя посадить, уничтожить, растоптать, завывая от своего бессилия перед твоими простыми, но честными словами, испарился. Писать ради того, чтобы рассказать сотням тысяч Правду, стало невозможно. Новые читатели перестали появляться, старые читатели бодрились и ободряли, но это была бодрость родственников у порога реанимации. Все журналисты — тщеславные ублюдки («продажный писака» — это что-то вроде «банкира-бессребреника», больная профнепригодная особь), потухающие без внимания публики. Никакие слова утешения или там деньги не заменят восторженного рева толпы.

Collapse )

Продолжение следует

Егор Просвирнин: Будущее "Спутника и Погрома" (окончание)

Потом наступил 2016-й, образовался «Комитет 25 января» — последняя надежда не дать угаснуть духу 2014-го. Надежда тщетная — К-25 стал медленно застывающим киселем, все глубже увязая в котором ты не мог избавиться от мыслей, что это не будущее, а прошлое. В будущем же придется перепридумать «Спутник» — и не легко и радостно, как в 14-м, а мучаясь от отчаяния, безнадеги и гробовой тоски. Выборов не будет. Война проиграна. Отличные солдаты оказались плохими политиками. «Спутник» как боевой рупор русской нации потерял смысл — и после краха К-25 надо было не дрейфовать среди лонгридов и новостных заметок с дежурными ругательствами, а оглянуться вокруг, увидеть, как сказал Иванов:

Только желтая заря,
Только звезды ледяные,
Только миллионы лет.
Хорошо — что никого,
Хорошо — что ничего,
Так черно и так мертво,
Что мертвее быть не может
И чернее не бывать,
Что никто нам не поможет
И не надо помогать.

…и закрыть издание, ибо ты создавал его не для ругани Путина, а для возвращения России русским. Каждое слово должно к чему-то вести, что-то менять, как-то проявляться в мире. Что Путин плохой, к 2018-му выучили даже пенсионерки, школьники и мужики с «УралВагонЗавода». Обличения к мобилизации не ведут. Вся старая политика умерла (ну, не сама — ее кто-то долго-долго душил посадками активистов и разгромом организаций), и невозможно больше делать вид, что ты кого-то своими текстами куда-то призываешь, а не просто бормочешь их под нос, словно полубезумный старик. Анонимный трусливый старик, прикрывший лицо капюшоном. «Нет, нет, я не говорил огнем и сталью, под билбордами с моими словами русские люди не сражались и не умирали, из оперативного штаба ДНР не присылали фотографии с моими открытыми текстами, которыми на ночных дежурствах бодрились офицеры, а украинцы мне не грозили смертью, обзывая „бешеной собакой“, которую „надо пристрелить“. Я так, разнорабочий, хуйня какая-то, товарищ следователь. Вы ошиблись, я никто и ничто, лед под ногами майора, классический русский, „смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою“. Вы меня растоптали. Раздавили. Поставили на место. Передайте там всем в АП, что их задумка кончилась полным успехом — ругавший Путина засранец аж имя свое забыл. Ответственно заявляю, что я пустое место, отпустите, дяденька!»

Collapse )

Источник: https://sputnikipogrom.com/mustread/87320/the-future/#.W72V9mgzbIX