July 5th, 2016

S&P: Народ и государство: развод и девичья фамилия

Все знают, что русский народ плохой и неправильный. Он хронически не оправдывает высокого доверия и возлагаемых на него надежд. Причем ничьих — ни правых, ни левых, ни либеральных, ни патриотических. Русский народ упорно думает о чем угодно, но только не о тех высоких материях, о которых он обязан думать по мысли ученых философов с возвышенными идеалами. Русский народ не изъявил желания идти на приступ Кремля ради честных выборов и демократических свобод. В то же время русский народ упорно не хочет проявлять патриотизм и сознательность в нужных количествах. Сколько ему на голову было вылито ушатов пропаганды — все выслушал, со всем вроде как согласился, опросы продемонстрировали вполне однозначные показатели общественного мнения. А вот поди ж ты — стоило снова разрешить продажу туров в Турцию, ломанулись туда так, что за сутки вдвое перекрыли спрос на Сочи и Крым вместе взятые. Невзирая на прямую террористическую угрозу. Патриоты, ждавшие, что сознательные русские люди обольют турок гордым презрением, так и остались стоять в комической позе, с открытым ртом и выпученными глазами. И уже раздались голоса в знакомой манере: «Народ не тот! Мелочный, поверхностный, да и просто откровенно глупый! Там же только что бомбу взорвали! А какие-то полгода назад Турция вообще сполна продемонстрировала свою враждебность! Что, в заложники захотели? Вот что нам делать с людьми, которые даже о собственной безопасности неспособны позаботиться?» У патриотов опускаются руки, и приходит угрюмое удовлетворение: «А мы ведь так и знали, и всегда говорили, что без сильной руки государства, которая его направит куда надо, русский народ только глупостей наделает, причем себе же во вред! Как ребенок малый. Пальцы в розетку засунет, или голову в духовку. Свою или чужую. Не готов русский человек к демократии, и еще долго готов не будет. Еще лет сто!» Ну, или по меньшей мере пятьдесят, будем смелыми в своих прогнозах.

На самом деле ларчик, конечно, открывается очень просто. Наши патриоты очень тесно и прочно ассоциируют себя не с чем-нибудь, а именно с родным государством. «Мы», говорят они, и понимают под этим всю совокупность государственных институтов Российской Федерации. «Нас», говорят они, и понимают под этим Кремль, в котором они были в лучшем случае на экскурсии. Если так говорит человек, хотя бы состоящий на госслужбе, это еще туда-сюда, это можно понять. Но ведь в большинстве своем эти патриоты (причем самые громогласные) не только ни на какой службе не состоят, но еще и вызывают у государства неоднозначные чувства — уж точно никакой пылкой встречной любви. Как нелюбимые дети, искренне пытающиеся сделать что-то приятное для своей довольно злой мачехи.
Collapse )